Тохары.

Тохары происходят предположительно от афанасьевской археологической культуры, существовавшей в Минусинской степи и на Алтае. Предположительно, они вышли на юго-восток и осели на землях Тарима. Язык их относился к западной группе индоевропейских языков (группа кентум), к которой относились языки кельтов, германцев, италиков, но не индоиранцев, с которыми они соседствовали, языки которых относятся к восточной группе индоевропейских языков (группа сатем).

Тохарский язык как один из индо-европейских очерчен в той же области, и, хотя первые свидетельства языка относятся к VI веку, косвенные свидетельства, такие, как разница между диалектами A и B и отсутствие остатков тохарского за пределами области, позволяют считать, что этот язык существовал в поселениях тохар в конце первого тысячелетия до н. э.

В науке разделяют тохар на истинных (или настоящих, которые являются частью юэчжей, говоривших на восточноиранских северных диалектах родственных языкам скифов, ушедших с кушанами на юг и давших имя области Тохаристан на территории современного Афганистана) и неистинных (псевдотохар) — собственно тех, на кого перенесли это имя китайцы и др., но говоривших на тохарских диалектах, не имеющих близкого родства с языками юэчжей и не называвших себя тохарами, в отличие от настоящих тохар.

В феврале 2010 года обнародовано генетическое исследование останков древних обитателей Таримского бассейна (в Синьцзян-Уйгурском автономном районе), из самого древнего слоя кладбища (ок. 2000 г. до н. э.), где взят пригодный для изучения материал. Все пробы принадлежали к мужской гаплогруппе R1a1a.

Известны два тохарских языка — «тохарский А» («восточно-тохарский») и «тохарский Б» («западно-тохарский»), которые значительно отличаются друг от друга. Можно предположить, что пратохарский язык отделён от времени создания известных нам текстов промежутком примерно в 1000 лет. Наиболее распространён был «тохарский Б» («кучанский»), хотя в нём сохранилось больше архаических черт. «Тохарский А» («турфанский») в момент создания текстов предположительно был уже мёртвым языком и использовался буддистскими монахами исключительно в культовых целях, для фиксации сакральных текстов.

Существует предположение, что ещё один тохарский язык («тохарский С») был в ходу в оазисе Лоулань; об этом свидетельствует большое число тохарских заимствований в обнаруженных там текстах на пракрите.

По-видимому, тохарские языки довольно рано откололись от других индоевропейских языков, так как они не обнаруживают особой близости с восточными индоевропейскими языками индоиранской ветви зато имеют сходство с западными индоевропейскими языками.

По мнению Т. В. Гамкрелидзе и Вяч. Вс. Иванова, к тохарским языкам был близок язык гутиев. Однако сами гутии не оставили после себя текстов, кроме имен собственных, поэтому данная гипотеза не может считаться апробированной. Любопытны некоторые изоглоссы тохарских языков с хетто-лувийскими, например — совпадение звонких и глухих в одной серии смычных.

Тохарские тексты записаны особой формой индийского «косого» письма брахми, специально приспособленной для воспроизведения тохарской фонологической системы. Письменность брахми не является ни алфавитной ни силлабической системой. Каждый символ в консонантной системе представляет собой согласный звук, за которым, по умолчанию, следует гласный -a .Чтобы изменить гласный необходимо поставить диакритический (модифицирующий) знак.

 

Рис. 1. Тохарские жертвователи. Фреска из буддийского монастыря в Безеклике. Открыть рисунок в новом окне

Рис. 2. Тохарский монускрипт.

Рис. 3. Тохарский алфавит.